sova_f | Чтиво номер 36: Тонино Бенаквиста, Харуки Мураками, Салман Рушди, Мария Галина

Тонино Бенаквиста, «Малавита». Вот кто, пожалуй, займет тут у меня первое место. Элегантная, с милым ненавязчивым юмором написанная вещица, к тому же и увлекательная, и трогающая душу, и побуждающая к размышлениям. Идеально начитана неизвестным мне Владимиром Бочановым, чудное музыкальное сопровождение. Две симпатичные литературные уловки: вереница персонажей, специально введенная для доставки некоего предмета по назначению, и игра с названием романа. До последних страниц читатель недоумевает, зачем называть роман по имени какой-то неотчетливой собаки, упомянутой разве что несколько раз на всем его протяжении. А когда становится понятно, зачем – получается красиво. Вот я ругала современную французскую литературу, а Бенаквиста взял и спас ее реноме, даром что я раньше считала его итальянцем. Есть еще «Малавита-2» – и с одной стороны я ее боюсь (сиквел редко лучше оригинала), а с другой предвкушаю, поскольку отзывы слышала хорошие и начитана она Игорем Князевым, что всегда приятно. «Сага» того же Бенаквисты, прослушанная нами пару лет тому назад, тоже была ничего, хоть и затянута. Но «Малавита» – просто шедевр. Что еще хорошего написал лапочка Бенаквиста? расскажите мне пожалуйста.

Харуки Мураками, «1Q84». Начал за здравие, кончил за упокой – и тут уж никакой Князев не поможет. Впечатление от первой книги: ах, зачем я недооценивала Мураками, зачем давно не читала, как пишет, чертяка, как грамотно интригует и подвешивает. Однако уже во второй книге появляется нудятина, разжевывание (апофигей в журнале у Л.), любая инфа повторяется раз по тридцать, и одновременно нарастает сладкая тема ~~сюсю-мусю~~ всепоглощающей любви, и в третьей книге все это (нудятина и сюсю-мусю) принимает гротескные размеры, на мой вкус несовместимые с понятием достойной литературы. Вот тут уважаемый Игорь предполагает, что первые два тома страстный меломан и любитель Баха Мураками «аранжировал» в виде «Хорошо темперированного клавира», а третья – литературный эквивалент «Гольдберговских вариаций». Красивая идея и не исключено, что правда. Но нудить-то зачем? И зачем эти могучие члены и волосы-на-лобке, понатыканные через страницу – что, вот никак-никак без них? Концовка – вообще ужас. С одной стороны, полная победа коммунизма, с другой – что-то недоделано, несколько не самых главных, но значительных персонажей подвисли в воздухе. Нас ждет продолжение?... ну нет, спасибо: умученный третьей книгой моск этой ~~хорошо~~ плохо темперированной жвачки больше не желает. Кстати, забавно, что в «1Q84» вновь появляется Усикава, который из «Хроник заводной птицы» – и здесь, в отличие от других персонажей, он как раз живенько получился. Это в плюс автору, но ситуацию не спасает. Суровый дислайк.

Салман Рушди, «Дети полуночи». Очень неторопливо развивается повествование и не сказать, чтоб шибко увлекательно. Но поскольку в жизнеописании главного героя отражается хороший кусок истории Индии – открываешь для себя параллельный мир и новые горизонты, а это всегда интересно. То, что вместо настоящей истории подается ее альтернативный магически-реалистический вариант – еще лучше. (Кстати, среди прочего этот вариант включает совершенно демонизированную Индиру Ганди, и говорят, что она подала на Рушди в суд! – вот интересно, выиграла ли). Наверное, при чтении этой книги все вспомнинают «Сто лет одиночества», а я невольно сравниваю с нашим Шалевом. И Шалев таки родной и трогает за душу, Рушди – нет (меня – нет). Но Рушди я очень давно и целенаправленно собиралась почитать в связи с из ряда вон выходящей историей смертного приговора за его «Сатанинские стихи». И именно «Детей полуночи», считающихся его шедевром. И оказалось, что таки нет, это не моя проза, но прочесть однозначно стоит. Я бы даже сказала: надо.

Мария Галина, «Медведки». Чтобы объяснить двойственное ощущение от этой книги, надо ее условно разделить на мистико-мифологическую (здравствуй, Пелевин!) и житейскую составляющие. Так вот, от последней я просто не могла оторваться! Точный и прозрачный язык, мастерски созданная атмосфера загадочности, каждое слово, мысль, поворот сюжета или душевных переживаний героя вызывали литературное и человеческое наслаждение. Особенно тема отца – она совершенно потрясающая. И чудный, неброский, совершенно мой, юмор. Это с одной стороны (которая житейская). С другой – могу ли я хвалить книгу, если не поняла смысла этой самой мистической составляющей, начиная с самого что ни есть названия. Разделять же мифологическую и реалистическую составляющие, видимо, нечестно, ибо именно их переплетение и взаиморастворение придает книге эдакий дивный туманный шарм. И вроде ты (вместе с главным героем) пытаешься зацепиться за удобную тебе реальность, а тебя настойчиво затягивают в другую (а то и другие). А уж кто виноват – медведки ли эти загадочные, упоминаемые в эпиграфе (и только в эпиграфе)? главный ли наш герой, который по роду службы переписывает чужие биографии и тем самым невольно меняет реальность? Боюсь, ответ на эти вопросы знает только автор, наряду с остальным непонятным и непонятым. А что, «Малая Глуша» похожа на «Медведки»? Лучше, хуже? Впрочем, я решила, что Галину люблю и в любом случае буду читать еще – просто ради наслаждения процессом.

ПС: Думаю, это все-таки медведки шуршали за кадром: подкапывались под границу меж миром реальным и миром хтоническим. «Хтонический», кстати – классное слово.

Flat | Top-Level Comments Only

From:

lev-m.livejournal.com

1 - под кат!
2 - мне кажется, в "Медведках" мистическая составляющая вполне разъясняется более-менее реалистическим образом, в лучших традициях. Кроме, конечно, медведок :) Восторги несколько преувеличены, имхо, но вполне читабельно. Конец разочаровал.
"Малая Глуша" в этом смысле не похожа, там фантастика - вполне себе фантастика. Читал относительно давно и тоже, помнится, концом был недоволен.

From:

sova-f.livejournal.com

«Рогнеда, сказал я темному небу и темной реке, нашего мира нет. Может, его никогда не было. Слишком много совпадений, слишком много неслучайностей… слишком много игры. Рогнеда, не может быть одного для всех мира, где тебе подсовывают несовпадающие версии происходящего. Где все связаны со всеми. То, что мы видим, — лишь собственные наши тени, растущие, укорачивающиеся… сливающиеся, делящиеся… Если я захочу, чтобы ты была, ты ведь, наверное, будешь? Здесь, в небесной Агарте, или в небесном Асгарде, что в общем, одно и то же, нет ни времени, ни пространства, но есть возможность, а значит, есть надежда». - это что, реалистическим образом и в лучших традициях?

Под кат - это картинки надо и простыни на пять листов. А у меня всего-то страничка - кому мешает?

Чтиво номер 36: Тонино Бенаквиста, Харуки Мураками, Салман Рушди, Мария Галина

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags